Лиз слушала Марселя и мечтала, как и всегда. Мечтать замечательно, тебя уносит в какую-то параллельную реальность, в мечтах все, как ты хочешь, все, как, по-твоему, должно быть. Мечты приносят тихую радость и какое-то удовлетворение. Мечты же - это еще и цель, цель, к которой человек идет в течение своей жизни. Сейчас же у Лиз была цель создать более полноценную семью, семью, в котором будет еще и дитя. Она улыбнулась, сердце ее радовалось от того, что у них с Марсом могут быть дети. Марс внезапно перехватил ее и усадил себе на колени, девушка невольно вскрикнула.
/сложно, иногда, привыкнуть к настолько быстрым и внезапным его действиям, как бы заикой в будущем не стать *поежилась от этой мысли*, зато у Марса на коленках так удобно и так уютно и, кажется, будто ты защищена от всех бед/
Лиз прижалась к Марселю, обвив его шею своими руками и положила голову на плечо. Ее дыхание обдавало теплом его щеку. Она смотрела на огонь в камине, в глазах ее, словно танцуя какой-то особый танец, отражались огоньки и искры. Вдруг стекло камина, защищавшее всех от жара пламени, дало трещину, потом вторую и третью, вмиг оно разлетелось на тысячи мелких осколков, которые впоследствии зависли в воздухе. Лиз только успела затаить дыхание и прижаться еще сильнее к Марсу, как эти осколки сложились в аккуратную кучку рядом с камином, девушку обдало жаром огня, она расслабилась, жар был очень приятным. Лиз любила тепло, а еще любила лето. Зима же…она холодная, будто неживая, хотя и у нее есть свои прелести. Летом же… в это время года тебя постоянно греет земное светило, птицы поют свои прекрасные песни, как и весной, животные нежатся у водоемов, ища хоть немного прохлады. Лиз открыла глаза, картинка с животными вмиг исчезла, она сидела в той же комнате на коленках у Марса.
Она обратила внимание на Нерва, сидящего поодаль ото всех. Лиз даже и не заметила как он вошел. Ей не было понятно, почему нельзя быть дружелюбным и приветливым со всеми. Нерв же может это, когда-то они разговаривали в столовой, и он дал ей ценный совет, жаль только времени его использовать Лиз не хватило, да и сейчас это уже было ненужно. Вспыльчивый, иногда непонятный, живущий исключительно для себя, хотя иногда заботится о других, причем в самые важные и нужные моменты, да, именно таким ей представлялся Нерв. От него Лиз отвлекла фигура, севшая рядом с ними, она повернула голову и увидела Плутона, который с интересом начал разглядывать каждого. То, что чувствовала Лиз при его появлении сейчас исчезло…
/странно…ничего…пустота/
Обычный неприятный сигаретный дым исчез, вместо него Лиз почувствовала запах шоколада. Девушка вдохнула дым полной грудью и зажмурила глаза. Этот запах успокаивал. Она еще раз посмотрела на Плутона и никак не могла понять почему же он кажется настолько знакомым. Медленная затяжка и вот дым уже распространяется по всей комнате, запах шоколада наполняет воздух. Запах как будто опьяняет, одурманивает. Лиз встряхнула головой и отвернулась от Плутона. Вдруг гость заговорил и Лиз повернулась обратно, заинтересованная его фразой.
-Ты сказал, что этот ритуал был не настолько прекрасным и чистым? – Лиз изогнула бровь в вопросе, - и почему ты так не любишь христианство? – девушка с любопытством посмотрела на Плутона, -ведь оно, как ты сказал, все изменило, и к лучшему, как я понимаю.
/кого-то он мне точно напоминает, скоро узнаем/

От пламени сразу повеяло жаром и запахом тепла. Яркие языки весело плясали свои замысловатые танцы. Эти па не менялись со времён сотворения мира, но и не повторялись тоже. Огонь существовал до нас, и будет существовать после нас.
Край сознания кольнул чей-то любопытный взгляд.
- Меняешь лица, словно маски, безликий бог? Да, я беглец, но ты мне не пастырь.
Изменилась внешность, манера держаться и даже привычки, но суть осталась.
Вампиры в страхе сжались, бывший оборотень насторожилась и почти по-звериному принюхалась. Но наваждение мимолётно – люди расслабились. Кажется, и сам бог себя не помнил. У этого места забавная магия.

Плутону нравилось то спокойствие, что разливалось вокруг. Даже разбитое стекло камина лишь на доли секунды заставило отвлечься, скинуть легкую сонливость, но потом все вернулось на круги своя. Он наблюдал за чувствами вампиров и девы, с интересом изучая их. Каждый из присутствующих витал в лишь ему ведомых мыслях и именно его слова нарушили этот покой, заставив всех вернуться в эту реальность.
- Да, ваш супруг прав, этот ритуал зародился у кельтов. Я бы даже сказал, древних кельтов, когда люди были еще более жестоки и боги соответствовали им. Их пантеон родил страшных лесных духов, своеобразных дриад, но кровавых и злых, что требовали кровавых жертв, дабы утолить свою жажду. Друиды приносили им жертвы, развешивая потроха на ели. – бог витал в своих мыслях, вспоминая то время и как будто смотря на мир другими глазами. – Дед мороз же в те времена являлся Старцем Севера, злобным божеством, что ходил по домам с мешком, но не для того, чтобы одарить людей, а напротив, забрать то, что как он считал, ему причиталось. И само собой, после подобного визита в домах не оставалось живых. Чтобы оградить деревню от его прихода, друиды отдавали ему жертву, привязывая в мороз голую деву, что ни разу не пробовала ласки мужской. Ну, в других культурах тоже был бог морозов, и он был далек от доброго старца. Это потом смертные преобразили его, сделав добрее и несущего дары окружающим. А мертвые девы стали его спутницами. Насколько помню, в одной культуре их называют снегурочками.
  Мысли бога подземного мира были заняты рассмотрением смертных и их влияние на самих богов. Смертные, созданные богами, своей верой меняли божеств, а боги как некая сила перестраивались, меняя свой характер, силу. Если бы в мире существовало столько богов, сколько различных народов и их божеств, мир бы уже давно растворился в войне высших сил. Но, поняв, что его разум начинает растворяться, превращаясь в изначальную силу, чтобы почерпнуть знание всех своих сущностей, поэтому прикрыв глаза, он восстановил свой разум и вновь посмотрел на окружающих.
- Почему я не люблю христианство? Эта культура уничтожила многое, низвергнув практически всех богов в мой мир, превратив их в злобных созданий. К примеру, некогда великая богиня любви Астарта, а у некоторых культур главное божество великая мать и повелительница природы, стала одной из моих ипостась, превратившись в олицетворение похоти и разврата. Мне безразлично, во что превращаюсь я. Я как следил за своим царством, так за ним и слежу, карая грешников. Вот только Елисейские поля и Элизиум забрали на небеса. Жаль за добрых и прекрасных существ, разум которых изменили, извратили и сделали чудовищами. Люди перестали уважать природу, веруя лишь в одно божество. А его заповеди и законы? Раньше люди жили по чести, по чести своей веры, а теперь все грешны и должны, вымаливая прощения и проход на небеса, в поля некогда доступные лишь для героев. Да, Христианство запретило кровавые ритуалы и говорит о добре и свете. А на деле устраивая войны, что бы развить свое влияние, черные мессы, чтобы обвинить в них темных божеств и всячески унижая смертных, чтобы те понимали свою ничтожность. – Плутон так и не сделал затяжку и почувствовав жар, увидел лишь дотлевшую сигарету и та тут же исчезла. Игнис спрыгнул с елки и забежав на спинку кресла, улегся на нее, положив голову на плечо бога. – Христианства представляет собой конфету, завернутую в прекрасную оболочку, а внутри ком грязи. Нет, прошлые религии бывали и хуже, гораздо, но они были честнее. Просто люди, забыв божеств, забыли традиции, культуру, уважение. Ведь теперь некого боятся, кроме, его единственного. Мир лишился многого прекрасного.
Закончив со своим рассказам, он поднял руку и погладил голову дракончика. Его глаза и лицо все так же оставались спокойны и внимательны. Фраза же темного эльфа заставила обратить на того внимания.
- Красивые слова, не знал, что вы способны читать мысли. Но не суть, я и не собирался вас забирать. Я чту законы этого места. – впервые за время разговора уголки губ бога тронула легкая улыбка. – Мои лики лишь отражения мыслей и необходимости. У каждого своя вера и для того, чтобы смертным было проще принять меня, я принимаю облик известный для них. Но, не всегда помню моменты, что были с прошлым моим воплощением. Для этого мне необходимо раствориться в себе, скинув все лики, получив доступ к общему разуму. Но, не буду утомлять вас долгими лекциями о божественных сущностях.
  Возле кресла бога проросло небольшая яблоня и в его руку опустился единственный спелый плод, который он сорвал, и создав нож из серебра, начал чистить яблоко, поедая отрезанные кусочки.

Вместо Плутона, Лиз сначала ответил Марс, она повернула голову обратно к нему и посмотрела ему в глаза, они были чисты и искренни и наполнены любовью, Лиз улыбнулась и провела рукой по щеке Марса. От него же девушку отвлек голос Нерва.
/что? Бог? *задумалась* это Аид?/
Не поверив своим мыслям, Лиз повернулась к Плутону и стала рассматривать его широко распахнутыми глазами.
/но почему он в этом обличии?/
Плутон начал рассказывать о ритуале древних кельтов. Лиз внимательно его слушала, иногда вздрагивая, когда он говорил о тех жестокостях, которые существовали ранее. Благо, что сейчас все иначе и Дет Мороз со Снегурочкой дарят детям только радость и счастье. Лиз расслабилась, рассказ о ритуале закончился и Плутон перешел к ответу на второй ее вопрос. Девушка слушала бога и чувствовала пренебрежение и…злость…? Отчасти Плутон был прав, именно в том месте, что христианство не всегда поступает по заповедям… войны…были и войны, даже Владимир насильно покрестил всю Русь, правда, это не совсем война, но по смыслу одно и то же. Некоторые служители церкви ведут себя неподобающим образом, везде есть свои минусы. Лиз вздохнула.
-Да, христианство не идеально. Но нигде не сказано, что Бога надо бояться, как, например, боялись вас. Ели бы было так и люди действительно его боялись, то не грешили бы. Тем более сейчас верить никто никого не заставляет, мы живем в свободном мире, а то, что было раньше… Что ж, сейчас человечество прогрессировало, прогрессировала и религия, все базируется на свободе человека, на свободе его выбора в первую очередь. Что же насчет вымаливания грехов для того, чтобы попасть на небеса… То это не совсем так, грехи вымаливают для того, чтобы душа не покрывалась толстым слоем грязи и гнили, для того, чтобы ей стало хоть на капельку легче, при этом даже если ты всю свою жизнь творишь только зло, вымаливая свои грехи, ты не попадешь в Рай, ведь ты этого недостоин, твоя душа сгнила почти до конца… вымаливание же грехов оставляет ту самую середину, то первоначало, с которым ты родился. В Рай попадают те, кто живет по совести, и по чести, а также и по заповедям, это люди, которые не запускают свою душу. В христианстве есть и свои традиции, взять, например, Пасху. Наш Бог умер из-за нас и для нас, а потом воскрес. Вы же, боги прошлого, скорее больше карали людей, чем несли им добро. Да, тогда были и герои, которые убивали созданных вами же чудовищ. Люди в основном тогда жили в страхе, в страхе перед вами и перед вашим божественным гневом., - Лиз закончила говорить, она и не заметила, как сердце ее настолько сильно забилось, руки сжались в кулачки, а глаза смотрели прямо в глаза Плутона. Девушка закрыла глаза и сделала глубокий вдох, она всегда все принимала близко к сердцу, поэтому оно нередко пыталось пробить грудную клетку. Теперь она точно была уверена, что перед ней сидит Аид, то же спокойное выражение лица, безразличие и пренебрежительное…даже ненавистное отношение к христианству. Лиз открыла глаза и посмотрела на Плутона.
-Приветствую тебя, Аид, - Лиз запнулась, - бывший Аид, наконец-то я поняла кто ты, -улыбнулась- только мне непонятно почему ты ведешь себя так, как будто ты видишь нас в первый раз, -бровь девушки выгнулась в вопросе, как и всегда, это привычка, которая осталась у Лиз с детства.
Внезапно в комнате стало холодно, кожа девушки вмиг стала гусиной. Внимание ее привлек синий шар, из которого появился дракон.
/наконец-то Белая Кин пришла провести время с нами/
Лиз улыбнулась и хотела поприветствовать Кин, но… это была не она. Красивый мужчина с серебристыми волосами окинул всех присутствующих взглядом, рядом с ним летал грифон, тот самый, которого подарила Лиз Кин, девушка улыбнулась, наблюдая за грифоном. Лиз увидела, что Кин обращается к нему и затем исчезает. Лиз недоуменно проморгалась.
/неужели показалось?/
Внезапно комната заискрилась и Лиз куда-то затянуло… Она даже не успела среагировать, все произошло настолько быстро, затем миг, и вот девушка уже сидит возле кресла, одетая как Снегурочка, и держит в руках большой посох. Кин уже оказался рядом и отдирал его верхушку.
/что за шутки? Почему я одета как Снегурочка?*вопросительный взгляд на дракона*/
Золотой Кин, вроде его так называли, тогда Лиз была еще мужчиной и смутно помнит облик Золотого Кин. Он был очень красив, даже можно сказать слащаво красив. Длинные серебристые волосы, прищуренные гордые глаза, сомкнутые губы, вся его фигура выражала статность и величие. При этом от него исходили холод и какая-то враждебность... а может быть Лиз просто показалось. Видя обращение Кин с девушками, девушка подумала, что они для него всего лишь пустые игрушки, так, просто для мимолетной забавы, чтобы потешить и хоть как-то развеселить себя. Да, Золотой Кин был полной противоположностью Белой Кин.
/как же иногда может измениться душа, если поменять облик/
-Прошу прощения, -Лиз обратилась к Кин, - почему я в облике Снегурки? Это для создания новогодней атмосферы, или для того, чтобы повеселить Вас? – бровь Лиз как обычно поползла вверх.

Марсель внимательно слушал беседу Плутона с Лиз, как вдруг он почувствовал холод, пронизывающий до костей. Несколько голубых вспышек пронеслись по всему залу и не успел Марсель уследить за ними, как в руках его вместо жены крот-банду.
- Что за?.. – удивлению и возмущению его не было предела. Оглядевшись, вампир увидел Лиз у кресла, рядом с каким-то мужиком. /Золотой Кин?.. Вот му… мужик, а…/. Он встал и положил крота в кресло. Приглядевшись получше к жене, Марс заметил, что она одета как Снегурочка. /Хм… не плохо!/ Некая мысль зародилась в его мозгу, и Марсель подошел к данмеру, чтобы забрать у него шапку.
- Разреши… - и, не дожидаясь ответа, вампир отобрал головной убор у Нереварина, одел его и, смеясь, как Дед Мороз, подошел к своей Снегурочке.
- Ну, здравствуй, внученька! – протянул Марсель и поклонился Лиз. Затем увидев сладкий посох в ее руке, приобнял девушку и, притянув ее руку с посохом  себе, нагло откусил кусок. 
- Ммм… вкуснотища! – прокомментировал вампир и развернул Лиз так, чтобы встать между ней и Золотым Кин.

Отредактировано Марсель Расстрели (2015-01-16 13:17:13)

Услышав речь Плутона, Марсель отвлекся от Снегурочки и внимательно начал следить за каждым словом. Все, что он говорил, было близко ему, ведь до христианства, у Марселя была иная вера. Вера в Римских богов, к которым, собственно говоря, и относится Плутон.
Римская мифология тесно связана с древнегреческой, и многие Боги и мифы были позаимствованы именно оттуда. Самого Марселя, от рождения Актеона, назвали в честь мифологического персонажа, сына Аристея и Автонии, внука Аполлона. Он всегда с честью носил это имя, пока не пришли они. Христиане. Они отняли у него имя, перекрестив по-своему. Конечно, Марсель – не плохое имя, но имя Актеон всегда звучало гордо! Все еще не отпуская жену, Марс посмотрел на Плутона понимающим взглядом. Наверное, в первый раз, он так посмотрел на Бога. За свою долгую жизнь в христианстве он забыл своих настоящих Богов. Почувствовав легкий стыд, Марсель опустил глаза, не в силах больше смотреть на Плутона. Снова вернувшись взглядом к Лиз, он улыбнулся с несколько виноватым видом, как бы извиняясь за свои мысли, которые она, конечно, не могла слышать. 
Вдруг под рукой, которая лежала на животе Лиз, Марсель почувствовал неожиданное тепло. Такое тепло разливается по телу вампира при обнаружении сердцебиения. Посмотрев на жену полуудивлнным – полурадостным взглядом, Марсель опустился на колени и приложил ухо к животу любимой. Да, так и есть, под сердцем Лиз билось еще одно! Но… что-то не так… почему сердцебиение такое сбивчивое?, - подумал Марс. Он насторожился и прижался посильнее к животу, как делают люди, когда что-то плохо слышат. Прислушавшись получше, вампир различил то, что объяснило сбивчивость сердцебиения. Он поднял голову и нежно посмотрел на любимую.
- Ты же знаешь, да? Знаешь, что их там двое? – Марс улыбнулся, поднялся с колен, взял прекрасное лицо Лиз в свои руки и крепко поцеловал. – Я люблю тебя, жена моя!
Аккуратно, чтобы не навредить детям и жене, Марсель прижал Лиз к себе, слегка раскачиваясь с ней из стороны в сторону.
- Ты сделала меня самым счастливым на свете! – проговорил вампир тихо на ушко Лиз. Затем снова посмотрел на нее и мягко поцеловал в лоб.

Девушки играли вполне прилично. Из-под широкополой шляпы вдруг послышалось беззастенчивое сопение. Драконий хвост автоматически скрутился.
Но вот голоса, явственно направленные к нему, пробудили кин.
- Лиззи? - Тонкие пальцы приподняли край шляпы. - Я сделал для новогоднего настроения у всех. В том числе и у меня, но именно о своем удовольствии как отдельном - не задумывался.
Но лечь обратно дракон уже не смог, поняв, что в итоге стал предметом внимания всех и вся.
Любезный Марсель, - кин потянулся к вампиру мысленно, - кин-мужчины могут читать мысли. Особенно, обращенные к ним под одним слешем. Не беспокойтесь, супругу вашу не обижал и не обижу. Кто, как не дракон, способен оценить всю хрупкость девичьих рук? Как можно обижать столь несильное существо? Баланс не позволит.
Пофилософствовав мысленно, Золотой из Кин повернулся к девушке с колокольчиками.
- Звать-то тебя как... мадемуазель мм? - Кин снял шляпу и вложил ее куда-то в синий портал.
Девушка смутилась, но ответила с готовностью:
- Талона, великий отец.
- Талона. Какое красивое имя... Талона, а какой у тебя титул?
Но не успела юная жрица ответить, как отреагировал данмер.
- И ты здравствуй, Нереварин. А ведь тебе шла шапка. И вообще, я был уверен, что лишний лут, так сказать, тебя порадует. - Сиреневые глаза Кин посмотрели на знакомого с большим интересом. И в этот момент случилось необычное - грифончик Маарис, до того мирно сопевший на несимметричной спинке софы, встрепенулся и полетел к эльфу, после чего с гордым видом сел к нему на плечо, что-то понюхал и улетел обратно. Кин посмотрел на свою "бабочку" с легким удивлением.
Что такое? Что тебе стало интересно? - мужчина протянул руку с выставленными двумя пальцами, указательным и средним, и существо-фантазия опустилось на предложенный насест. Однако, никакого пояснения не последовало. Кин усмехнулся уголками губ и и слегка наклонил голову, принимая странности создания как таковое и не зацикливаясь на том.
Выловив момент тишины, Талона решилась ответить, что она дочь эрла. Вторая девушка рассеянно наигрывала какие-то простые гаммы на арфе, больше слушая и следя за происходящим, чем участвуя.
- Дочь эрла... А случайно знакомого принца, которого ты бы хотела видеть своим супругом, у тебя нет?
- О великий отец! Есть! - Заливаясь румянцем, девушка призналась, что ей нравится изгнанник, принц долмари. Отец явно будет против неравного брака, но она не смеет лгать своему богу.
- Долмари, значит. - Про себя отметив, что девушек традиционно тянет к эльфам, даже будь они синекожими, Кин уже продумал целый путь возвышения ему неведомого отпрыска магической расы, как на его колено легло что-то большое, черное и пушистое.
Огромный банду, оставленный Марселем в кресле, перебрался поближе к Кин и теперь смотрел своими добрыми карими глазами на дракона. Мужчина ласково погладил крота по голове, и тот зажмурился от удовольствия, и, как собака, задергал задней лапой.
- Принц долмари, значит... - повторил он - А не думаешь ли ты, Талона, что в твоей сказке не хватает одного дракона?
Кин уже протянул было руку в пустоту, как что-то стало меняться. Лицо заострилось, волосы посветлели еще больше, а тело стало миниатюрнее. Внутри тоже произошли перемены - одни гормоны перестали выделяться, другие же наоборот, заполонили все тело. Мышление изменилось, как и сам вид.
Цвет дракона сменился.
Перед масками вновь сидела Белая Кин.
Кин спокойно оценил очередные перемены и только поморщилась от мысли, что теперь не сможет помочь Талоне стать женой своего эльфа по-драконьи. Девочки перед ней сидели, разинув рты и ошалело глядя на свое божество.
- Назови имя принца-изгнанника.
- Улен. Его зовут Улен.
Кин, не говоря лишних слов, просто протянула ей свою перевернутую ладонь, на которой лежал перстень-печатка. Ее следовало отдать Улену. С ней у юного (или не очень) долмари все двери высшего света Меркурии будут открыты. И принц обретет свою вотщину. Талона с горячей благодарностью принял дар.
Теперь девушки ей были не нужны. Женщины-кин нуждаются в девственницах только в момент, когда они ждут яйцо. Будущим мама нужно очень, очень хорошо питаться. Сейчас же она не нуждалась в жертвах жриц во имя пополнения рода кин. Так что, одарив девушек золотом, Белая из Кин просто отослала их обратно в Аркадию.
В лапы же арфу взял крот-банду. Кин легла на софу обратно и ушла в свои мысли.